Давно пора судить тех, кто затеял в стране оптимизацию отечественной медицины



Материал комментируют:
Игорь Гундаров

Коронавирус становится лакмусовой бумажкой не просто физической выживаемости общества, но и, простите за высокопарность, нашего нравственного состояния. Вас не насторожил формат призыва власти на самоизоляцию? Что сделано, сказано не так, что вслед за гречкой и туалетной бумагой народ ломанул за бейсбольными битами? Неужто, действительно, как пишут в комментариях: «у кого патроны, у того и гречка с сахаром»? В фильме Эйзенштейна «Броненосец Потемкин», есть потрясающий кадр с титрами «погиб из-за ложки борща». Революционная матросня забивает насмерть неповинного повара из-за куска уварившегося в борще мяса. Есть такое свойство у мяса. Есть такое свойство, что завтра в доме и гречка, и макароны «уварятся», и тогда?..

Да, ситуация сложная. В стране растёт число заражённых коронавирусом, но почему так зыбок порог поведенческого осознания властью необходимых действий, общения с народом. Растерянность? Не отсюда ли наша паника, страх перед пандемией коронавируса, которая сейчас ломает всю систему человеческих, общественных отношений? Что такое, этот коронавирус? Что больше — фейка, реальной опасности или и то, и другое?


— Коронавирусов несколько десятков, они появились не вчера и не сегодня, — говорит доктор медицинских наук, профессор, академик РАЕН, специалист в области эпидемиологии и профилактической медицины — Игорь Гундаров. - Изучать коронавирусы стали где-то с 50-х годов. Обнаружили, что существуют разные виды и типы, у них сложные взаимоотношения. В том числе с вирусом гриппа: здесь настоящая конкуренция. Обнаружено, где большая инфицированность гриппом, там мало коронавирусов. Приведу пример, чтобы разобраться, есть ли сегодня у нас эпидемия или, тем более, пандемия. Вот статистика. В 90-х у нас ежегодно вирус гриппа во время эпидемии показывал 4−7 миллионов случаев заболеваемости. Затем приходят нулевые, и вдруг внезапно количество заболеваний уменьшается: 600.000 — 400.000 — 50.000. Это за 10 лет.

Дальше начинаем смотреть для ориентира, это нам очень важно, потому что сейчас в связи коронавирусом боятся смертности. Но умирают люди не от коронавируса, а от пневмонии. Она может быть вызвана разными агентами микромира. Если посмотреть смертность от пневмонии за те же годы, которые я перечислил, она почти постоянная. У нас ежегодно пневмония уносит 30−35 тысяч жизней. А в Китае сейчас от коронавируса умерли порядка 4.000. Вот и сравните две несовместимые цифры. При этом есть почти исчезновение вируса гриппа, а уровень пневмонии прежний. В чём проблема? Моя гипотеза в том, что мы хорошо боролись с вирусом гриппа и его уничтожили, освободив при этом пространство для других микроорганизмов. Не исключено, что нынешний подъем коронавируса этим и обусловлен. Вспышки атипичной пневмонии, свиного гриппа, куриного гриппа — это ни что иное, как на освобождённое пространство от гриппа ломанулись другие агенты. Возможно, медицина виновата в том, что сейчас коронавирус заполонил это пространство.

«СП»: — Насколько коронавирус опаснее гриппа? При гриппе такой вселенской паники и страха не ощущалось…

— Очень важный вопрос в плане практики, что делать, какие меры принимать? На психологическом уровне срабатывает, такого никогда не было, значит, опасность намного больше, чем была раньше? Здесь есть ещё понятия: способность вируса заражать людей — вирулентность и летальность, то есть количество умирающих из числа заражённых. Если сравнить разные предыдущие вспышки, окажется, нынешний довольно средней степени летальности. Он заразный, быстро распространяется, но сам по себе не такой опасный в плане летальности. Поэтому мне не понятно, откуда эта небывалая ранее паника? Возьмём Италию. По статистике там ежегодно от разных болезней умирает порядка 600.000 человек. Делим на 365 дней, получается 1700 человек. Так, разве сейчас в Италии стало умирать больше? Нет, общий уровень смертности в Италии не изменился.


«СП»: — Тогда откуда паника?

—  Тут надо говорить о социальной медицине, которая занимается здоровьем общества в целом, взаимодействием народа и власти. Здесь затрагиваются законы психики, психологии и появляется такое понятие, неинфекционные эпидемии. Паника, психоз — это как раз из этой области. Понимаете, у инфекционной эпидемии обязательно должна быть эпидемическая триада. Это что такое? Это источник и заразный агент, переносчик и реципиент или восприимчивый объект. Заразным может быть агент не только инфекционный, но и не инфекционный. В каком плане он заразен? Предположим, вы в театре, из буфета слышен запах подгоревшего молока, кто-то закричал «пожар, горим», эта сугубо нематериальная информация завладевает вашими мозгами. Начинается всеобщая паника, зрители ломятся из зала… Вот это и есть неинфекционная эпидемия. Сейчас с коронавирусом такая история: человечество охватила тотальная пандемия страха. Её не смоделировали, думаю, она возникла случайно. Но вот потом появляются локальные экономические интересы. Говорят, Китай скупил упавшие акции западных компаний, все предприятия. Кто-то наживается на вакцине, на сыворотках. Но это встраивается в процесс, а сама пандемия, думаю, самопроизвольная. Но факт остаётся фактом: человечество столкнулось с тотальной неинфекционной пандемией страха. Это опасно, люди будут умирать от страха. Такова наша психика. Страшная атмосфера тоски вызывает падение иммунитета, фактически — психогенный СПИД. И на фоне падения иммунитета, это я говорил, что эпидемическая триада и есть реципиент. Мы ещё пока занимаемся только источником возбудителя, но в лучшем случае с переносчиком, а теперь можно заняться реципиентом — человеком. Его иммунная система очень зависит от психического состояния. Поэтому паника, которую сейчас наблюдаем, несомненно, вызовет увеличение смертности от инфекционных заболеваний, в том числе.

«СП»: — Насколько отечественное здравоохранение готово к борьбе с коронавирусом?

— То, что власть сделала с здравоохранением, тема отдельного большого разговора. А если кратко, то я бы судил за это государственное преступление. Последствия разрушения медицины, в том числе так называемой оптимизации, аукаются и будут аукаться на здоровье россиян. Нынешняя эпидемия с ее нарастающей паникой, сумбурными, непоследовательными действиями власти — звенья в цепочке разрушений советского здравоохранения. Почему бы сейчас не привлечь к разъяснительной профилактике лучших психологов, психотерапевтов, которые бы профессионально разъясняли о природе нынешнего вируса, поведении социума в сложной ситуации вспышек тех или иных болезней? Вместо этого людей умело включают в спектакль под названием «паника, психоз». Для чего показывают колонны военных грузовиков с гружеными гробами на улицах Рима? Анализируешь статистику, оказывается, что все эти ужас-ужасов настоящий фейк. Вот эти падающие, идёт человек в метро, помню, первая картинка молодой человек у него маска, рюкзак, вдруг падает и умирает. От пневмонии так не умирают. Это уже «картинка». Это уже чей-то интерес, постановочный процент, чтобы нагнать панику.

У кого-то этот интерес сознательный, у кого-то несознательный. Допустим, использование медицинских масок. Они, по большому счёту, почти бесполезны, их эффект маленький. А вот эффект психического воздействия — колоссальный. Одно дело улыбающиеся лица, разговаривающие люди, а другое - все в масках: это уже страх. Ошибка и эти противочумные халаты. Приезжает по вызову скорая, врач и фельдшер в халатах противочумных с масками. Зачем? Постановка. Потому что я, как врач, заявляю, если вы используете халат от возможного заражения, значит, после каждого визита надо, не заходя в машину, свернуть его и бросить в спецконтейнер: вам в машину нельзя, вы уже заразились, вы были у больного, вирус на вашем халате, вы заразили машину. Поэтому нужно и её обрабатывать. По Москве где-то 11.000 вызовов. Если в машине два человека, значит, нужно ежедневно 22.000 халатов. Где такие запасы у скорой помощи? А тогда зачем этот маскарад? Врачей встраивают в игру, нередко дезориентируя в работе.

«СП»: — С учётом ситуации, когда пандемия может пойти на спад?

— Ещё раз повторю, я не уверен, что это пандемия. В том же Китае уж слишком быстрой оказалась борьба и уничтожение этой вспышки. Они справились. Тогда и у нас прогноз — три-четыре месяца. Ничего страшного в этом коронавирусе, как и я, не видят и многие врачи-профессионалы. Это совершенно банальная вспышка острого респираторного заболевания, вероятно, вирусной природы, ничем не отличающаяся в принципе от предыдущих вспышек.

«СП»: — Как бы то ни было, введены неординарные санитарные меры. Кстати, как вы относитесь к переводу на удаленную работу?

— Переход на удалёнку излишен. Мы ошиблись и нагнали панику. Меня поражает амбициозность политиков. Куда их заносит, с чего они решили, что во всем разбираются? Смешали в кучу демографию, рождаемость, нацпроекты, вирус. Нет, чтобы собрать учёных, создать штаб крупнейших вирусологов-эпидемиологов. Должен быть научный центр при Минздраве, который дает точную статистику, то же при Всемирной организации здравоохранения. Я посоветовал бы даже при правительстве создать научный центр с приглашением ведущих вирусологов-эпидемиологов. Второе, учёным сказать, что ситуация ничем не отличается от былых вспышек, отбросьте, люди, панику. А паникёров, как в военное время, под трибунал.


Что касается мер безопасности, они такие же, как и были раньше: проветривайте помещения, мойте руки, если чувствуете, что заболели, чихаете — не ходите на работу, вызовите врача. А маска нужна, чтобы при чихании, кашле заражённые капли не попадали на окружающих. Витамин, аскорбинка. Никаких дополнительных усилий я, как врач, не вижу.

«СП»: — Но есть группы риска, к которым относят пожилых людей? Кстати, действительно есть группы крови, восприимчивые и невосприимчивые к коронавирусу?

— Относительно групп крови на фоне эпидемии у меня данных нет. Нужны специальные исследования, а не конъюнктурная болтовня-спекуляция. Таких исследований я не знаю, поэтому я им не верю. Относительно группы риска людей пожилого возраста. В той Италии, где ежегодно 1700 умирающих. Смотрим структуру от чего умирают: 10% - это 90-летние, примерно 40% - это те, кому за 80 лет. Молодёжи там почти нет. Просто обычная смертность увеличивается с возрастом, поэтому у меня нет доказательств, что коронаровирус специфически воздействует на стариков. Просто в структуре смертности их больше.

«СП»: — Если вернуться к ситуации в отечественном здравоохранении, как вы оцениваете сообщения главы кабмина Михаила Мишустина об испытаниях 6 вариантов вакцины от коронавируса нового типа и Федерального медико-биологического агентства, что препарат может быть готов уже через несколько месяцев?


— Премьер-министр Мишустин опоздал. Сейчас они изготовят вакцину, сыворотку. Это разные вещи — вакцина и сыворотка. Вакцина, чтобы не заболел. Сыворотка, чтобы облегчить лечение. Но вспышка закончится через три-четыре месяца, поэтому всё, этот поезд ушёл. В следующем году будет другой штамм, поэтому всё, что мы сейчас делаем, не годится. Здесь же какая вещь? В начале беседы я говорил о «конкуренции» между штаммами. Какой будет в следующем, неизвестно, а мы выработали противодействие от нынешнего. Прививаться? От чего? Против того, что было раньше? Поэтому то, что сделает наша наука — это ушедший поезд.

Что касается системы здравоохранения. Здесь нужно разделить две вещи: изуродовано первичное звено здравоохранения. Будь моя воля, я бы, наверное, сурово поговорил с Вероникой Игоревной Скворцовой. При ней оптимизировали медицину. Она прекрасный невролог, но не организатор здравоохранения. Итог — катастрофически разрушенное первичное звено.

Во-вторых, наука. Она ещё, слава Богу, сохранилась. Мы ничуть не отстаём от мировой науки. Но реформой должны заниматься учёные, а не чиновники от здравоохранения. Равно, как и психологическим состоянием общества при вспышках или рядовых проявлениях той или иной болезни. Не случайно сегодня вновь говорю о такой общеукрепляющей составляющей здоровья, как психическое состояние общества. Здоровая психика, умение противостоять пандемии паники — вот что, в первую очередь, укрепляет иммунитет. Значит, помогает побороть болезнь. В том числе и это коронавирус.

Коронавирус, новости:

Последние данные по числу больных коронавирусом в России (29 марта)

Роспотребнадзор: за сутки коронавирус выявили у 65 тысяч человек

Мишустин распорядился закрыть госграницу из-за коронавируса

Смотрите карту распространения коронавируса онлайн


Давно пора судить тех, кто затеял в стране оптимизацию отечественной медицины Материал комментируют: Игорь Гундаров Коронавирус становится лакмусовой бумажкой не просто физической выживаемости общества, но и, простите за высокопарность, нашего нравственного состояния. Вас не насторожил формат призыва власти на самоизоляцию? Что сделано, сказано не так, что вслед за гречкой и туалетной бумагой народ ломанул за бейсбольными битами? Неужто, действительно, как пишут в комментариях: «у кого патроны, у того и гречка с сахаром»? В фильме Эйзенштейна «Броненосец Потемкин», есть потрясающий кадр с титрами «погиб из-за ложки борща». Революционная матросня забивает насмерть неповинного повара из-за куска уварившегося в борще мяса. Есть такое свойство у мяса. Есть такое свойство, что завтра в доме и гречка, и макароны «уварятся», и тогда? Да, ситуация сложная. В стране растёт число заражённых коронавирусом, но почему так зыбок порог поведенческого осознания властью необходимых действий, общения с народом. Растерянность? Не отсюда ли наша паника, страх перед пандемией коронавируса, которая сейчас ломает всю систему человеческих, общественных отношений? Что такое, этот коронавирус? Что больше — фейка, реальной опасности или и то, и другое? — Коронавирусов несколько десятков, они появились не вчера и не сегодня, — говорит доктор медицинских наук, профессор, академик РАЕН, специалист в области эпидемиологии и профилактической медицины — Игорь Гундаров. - Изучать коронавирусы стали где-то с 50-х годов. Обнаружили, что существуют разные виды и типы, у них сложные взаимоотношения. В том числе с вирусом гриппа: здесь настоящая конкуренция. Обнаружено, где большая инфицированность гриппом, там мало коронавирусов. Приведу пример, чтобы разобраться, есть ли сегодня у нас эпидемия или, тем более, пандемия. Вот статистика. В 90-х у нас ежегодно вирус гриппа во время эпидемии показывал 4−7 миллионов случаев заболеваемости. Затем приходят нулевые, и вдруг внезапно количество заболеваний уменьшается: 600.000 — 400.000 — 50.000. Это за 10 лет. Дальше начинаем смотреть для ориентира, это нам очень важно, потому что сейчас в связи коронавирусом боятся смертности. Но умирают люди не от коронавируса, а от пневмонии. Она может быть вызвана разными агентами микромира. Если посмотреть смертность от пневмонии за те же годы, которые я перечислил, она почти постоянная. У нас ежегодно пневмония уносит 30−35 тысяч жизней. А в Китае сейчас от коронавируса умерли порядка 4.000. Вот и сравните две несовместимые цифры. При этом есть почти исчезновение вируса гриппа, а уровень пневмонии прежний. В чём проблема? Моя гипотеза в том, что мы хорошо боролись с вирусом гриппа и его уничтожили, освободив при этом пространство для других микроорганизмов. Не исключено, что нынешний подъем коронавируса этим и обусловлен. Вспышки атипичной пневмонии, свиного гриппа, куриного гриппа — это ни что иное, как на освобождённое пространство от гриппа ломанулись другие агенты. Возможно, медицина виновата в том, что сейчас коронавирус заполонил это пространство. «СП»: — Насколько коронавирус опаснее гриппа? При гриппе такой вселенской паники и страха не ощущалось… — Очень важный вопрос в плане практики, что делать, какие меры принимать? На психологическом уровне срабатывает, такого никогда не было, значит, опасность намного больше, чем была раньше? Здесь есть ещё понятия: способность вируса заражать людей — вирулентность и летальность, то есть количество умирающих из числа заражённых. Если сравнить разные предыдущие вспышки, окажется, нынешний довольно средней степени летальности. Он заразный, быстро распространяется, но сам по себе не такой опасный в плане летальности. Поэтому мне не понятно, откуда эта небывалая ранее паника? Возьмём Италию. По статистике там ежегодно от разных болезней умирает порядка 600.000 человек. Делим на 365 дней, получается 1700 человек. Так, разве сейчас в Италии стало умирать больше? Нет, общий уровень смертности в Италии не изменился. «СП»: — Тогда откуда паника? — Тут надо говорить о социальной медицине, которая занимается здоровьем общества в целом, взаимодействием народа и власти. Здесь затрагиваются законы психики, психологии и появляется такое понятие, неинфекционные эпидемии. Паника, психоз — это как раз из этой области. Понимаете, у инфекционной эпидемии обязательно должна быть эпидемическая триада. Это что такое? Это источник и заразный агент, переносчик и реципиент или восприимчивый объект. Заразным может быть агент не только инфекционный, но и не инфекционный. В каком плане он заразен? Предположим, вы в театре, из буфета слышен запах подгоревшего молока, кто-то закричал «пожар, горим», эта сугубо нематериальная информация завладевает вашими мозгами. Начинается всеобщая паника, зрители ломятся из зала… Вот это и есть неинфекционная эпидемия. Сейчас с коронавирусом такая история: человечество охватила тотальная пандемия страха. Её не смоделировали, думаю, она возникла случайно. Но вот потом появляются локальные экономические интересы. Говорят, Китай скупил упавшие акции западных компаний, все предприятия. Кто-то наживается на вакцине, на сыворотках. Но это встраивается в процесс, а сама пандемия, думаю, самопроизвольная. Но факт остаётся фактом: человечество столкнулось с тотальной неинфекционной пандемией страха. Это опасно, люди будут умирать от страха. Такова наша психика. Страшная атмосфера тоски вызывает падение иммунитета, фактически — психогенный СПИД. И на фоне падения иммунитета, это я говорил, что эпидемическая триада и есть реципиент. Мы ещё пока занимаемся только источником возбудителя, но в лучшем случае с переносчиком, а теперь можно заняться реципиентом — человеком. Его иммунная система очень зависит от психического состояния. Поэтому паника, которую сейчас наблюдаем, несомненно, вызовет увеличение смертности от инфекционных заболеваний, в том числе. «СП»: — Насколько отечественное здравоохранение готово к борьбе с коронавирусом? — То, что власть сделала с здравоохранением, тема отдельного большого разговора. А если кратко, то я бы судил за это государственное преступление. Последствия разрушения медицины, в том числе так называемой оптимизации, аукаются и будут аукаться на здоровье россиян. Нынешняя эпидемия с ее нарастающей паникой, сумбурными, непоследовательными действиями власти — звенья в цепочке разрушений советского здравоохранения. Почему бы сейчас не привлечь к разъяснительной профилактике лучших психологов, психотерапевтов, которые бы профессионально разъясняли о природе нынешнего вируса, поведении социума в сложной ситуации вспышек тех или иных болезней? Вместо этого людей умело включают в спектакль под названием «паника, психоз». Для чего показывают колонны военных грузовиков с гружеными гробами на улицах Рима? Анализируешь статистику, оказывается, что все эти ужас-ужасов настоящий фейк. Вот эти падающие, идёт человек в метро, помню, первая картинка молодой человек у него маска, рюкзак, вдруг падает и умирает. От пневмонии так не умирают. Это уже «картинка». Это уже чей-то интерес, постановочный процент, чтобы нагнать панику. У кого-то этот интерес сознательный, у кого-то несознательный. Допустим, использование медицинских масок. Они, по большому счёту, почти бесполезны, их эффект маленький. А вот эффект психического воздействия — колоссальный. Одно дело улыбающиеся лица, разговаривающие люди, а другое - все в масках: это уже страх. Ошибка и эти противочумные халаты. Приезжает по вызову скорая, врач и фельдшер в халатах противочумных с масками. Зачем? Постановка. Потому что я, как врач, заявляю, если вы используете халат от возможного заражения, значит, после каждого визита надо, не заходя в машину, свернуть его и бросить в спецконтейнер: вам в машину нельзя, вы уже заразились, вы были у больного, вирус на вашем халате, вы заразили машину. Поэтому нужно и её обрабатывать. По Москве где-то 11.000 вызовов. Если в машине два человека, значит, нужно ежедневно 22.000 халатов. Где такие запасы у скорой помощи? А тогда зачем этот маскарад? Врачей встраивают в игру, нередко дезориентируя в работе. «СП»: — С учётом ситуации, когда пандемия может пойти на спад? — Ещё раз повторю, я не уверен, что это пандемия. В том же Китае уж слишком быстрой оказалась борьба и уничтожение этой вспышки. Они справились. Тогда и у нас прогноз — три-четыре месяца. Ничего страшного в этом коронавирусе, как и я, не видят и многие врачи-профессионалы. Это совершенно банальная вспышка острого респираторного заболевания, вероятно, вирусной природы, ничем не отличающаяся в принципе от предыдущих вспышек. «СП»: — Как бы то ни было, введены неординарные санитарные меры. Кстати, как вы относитесь к переводу на удаленную работу? — Переход на удалёнку излишен. Мы ошиблись и нагнали панику. Меня поражает амбициозность политиков. Куда их заносит, с чего они решили, что во всем разбираются? Смешали в кучу демографию, рождаемость, нацпроекты, вирус. Нет, чтобы собрать учёных, создать штаб крупнейших вирусологов-эпидемиологов. Должен быть научный центр при Минздраве, который дает точную статистику, то же при Всемирной организации здравоохранения. Я посоветовал бы даже при правительстве создать научный центр с приглашением ведущих вирусологов-эпидемиологов. Второе, учёным сказать, что ситуация ничем не отличается от былых вспышек, отбросьте, люди, панику. А паникёров, как в военное время, под трибунал. Что касается мер безопасности, они такие же, как и были раньше: проветривайте помещения, мойте руки, если чувствуете, что заболели, чихаете — не ходите на работу, вызовите врача. А маска нужна, чтобы при чихании, кашле заражённые капли не попадали на окружающих. Витамин, аскорбинка. Никаких дополнительных усилий я, как врач, не вижу. «СП»: — Но есть группы риска, к которым относят пожилых людей? Кстати, действительно есть группы крови, восприимчивые и невосприимчивые к коронавирусу? — Относительно групп крови на фоне эпидемии у меня данных нет. Нужны специальные исследования, а не конъюнктурная болтовня-спекуляция. Таких исследований я не знаю, поэтому